Форум » Интересные фильмы » Два богатыря Александра - Птушко и Роу » Ответить

Два богатыря Александра - Птушко и Роу

Марк Кириллов: Когда говорят слово "сказка", обычно подразумевается, что этот жанр адресуется в первую очередь детям. В каком-то смысле, так оно и есть. Сказка - один из древнейших видов искусства, передаваемый изустно из поколения в поколение. С помощью сказок родители передавали вековую мудрость своего народа своим детям, чтобы те впитывали опыт своих пращуров. В русском дореволюционном кинематографе жанр сказки был представлен в крайне ограниченном виде - где-то не более десятка фильмов, из которых оставил хоть какой-то след в истории кино разве что "Ночь перед Рождеством" или "Морозко" (1916), да и то только потому, что в работе над этими фильмами принимали участие Юрий Желябужский (один из выдающихся операторов и режиссёров русского и советского кино) и Владислав Старевич. Пришедшей на смену русскому дореволюционному кино советской кинематографии, сказки тоже не были особо нужны, правда, по иным причинам, нежели при "проклятом царизме". Владельцы частных киностудий считали, что фильмы-сказки малорентабельны, так как взрослый зритель предпочитал мелодрамы и приключенческие фильмы, а детей всё равно в синематограф не пускали. Советские же комиссары от искусства считали, что сказка - вредный пережиток прошлого, с которым нужно бороться, а не пропагандировать. Да и вообще, как пелось в официальном шлягере 20-30-х годов, "мы рождены, чтоб сказку сделать былью", а посему детей нужно воспитывать не на примерах "классово чуждых" Ивана-царевича и Марьи-царевны, а на подвигах героев гражданской войны, лётчиков и покорителей Арктики. Лишь в конце 30-х годов, когда наиболее ретивые борцы со "сказочным миром" либо успокоились сами, либо были "успокоены" при участии органов НКВД (власти не нужны были не только замшелые консерваторы, но и чересчур активные "энтузиасты"), сказка потихоньку стала реабилитироваться. В газетных статьях всё чаще стали писать о том, что сказка может и очень полезной, если она пропагандирует правильные идеи, близкие к социализму. Кстати, это ведь было не таким уж и бредом, ведь в русских, да и в других сказках народов мира, немало сюжетов о том, как умный бедняк надул богатого дурака. Ну, а при желании можно было и истории о вечном бое Добра в лице сказочных богатырей со Злом в виде Кощея Бессмертного или Змея Горыныча трактовать как классовые сражения… Правда, на мой взгляд, цель подобных статей была только в том, чтобы сказка наконец-то вернулась на культурное пространство и была застрахована от наскоков идеологических радикалов. Вспоминая историю возникновения советской киносказки, в первую очередь на ум приходят два имени - Александр Артурович Роу и Александр Лукич Птушко. Именно эти два ВЕЛИКИХ, без преувеличения, кинорежиссёра основали и развили киносказку в СССР. Роу специализировался на народных сказках и на их стилизациях, тогда как Птушко интересовался исключительно литературной сказкой. Роу, прежде чем начать самостоятельную работу в качестве режиссёра, был ассистентом у классика русского и советского кино Якова Протазанова и многое у него перенял, в частности, любовь…к реализму. Да-да, как это не покажется странным, но сказки Роу удивительно реалистичны - насколько точен в изображении сцен русской деревни режиссёр в фильмах "По щучьему велению" (1938) и "Василиса Прекрасная" (1940); насколько красивы русские пейзажи в этих же фильмах, а также снятых позднее "Кощее Бессмертном" (1944), "Марье-искуснице" (1959), "Морозко" (1965). При этом такой откровенный "реализм" вовсе не убивает природу сказки - наоборот, он делает её ближе, заставляет поверить, что, заблудившись в тёмном лесу, ты можешь наткнуться на избушку Бабы-Яги, что щука, пойманная ведром, окажется говорящей, а лягушка - прекрасной девушкой. Первый же фильм Роу - "По щучьему велению" - прошёл буквально на "ура". Хотя сюжет всем хорошо известной сказки о лодыре Емеле, который, раз в жизни решив поработать (сходить за водой), тут же отхватил "суперприз" в виде волшебной щуки, исполняющей любые желания, был изрядно переработан - Емеля в исполнении Петра Савина был трудолюбивым работником да к тому же слегка "революционером" (в одной из сцен Емеля с гневным пафосом обрушивается на царские поборы, пустившие по миру всю деревню) - но дух русской сказки не исчез. Наоборот, режиссёр смог очень точно отобразить сказочную Русь "времён царя Гороха". После просмотра фильма и впрямь хочется поверить, что так было на самом деле. И незатейливые чудеса здесь были удивительно к месту. Пусть нет здесь компьютерной графики и прочих современных "наворотов", зато есть искренность и любовь, вера в добро и справедливость. Да, "По щучьему велению" очень простой фильм, незатейливый, зато удивительно добрый и весёлый.

Ответов - 9

Марк Кириллов: Уже в своём первом фильме Роу обнаружил чутьё на актёров, способных правдиво играть сказку. И до самого конца своей творческой биографии Александр Артурович почти никогда не ошибался в выборе актёров. Найдя "своих" актёров, Роу продолжал их снимать из фильма в фильм, никогда о них не забывая. Первыми в актёрскую труппу Роу влились Георгий Милляр и Лев Потёмкин, сыгравшие ВО ВСЕХ без исключения сказках режиссёра. Чуть позднее к ним присоединились Анатолий Кубацкий и Вера Алтайская (все фильмы Роу, начиная с "Конька-горбунка"), ещё позднее - Алексей Катышев, Сергей Николаев (оба снимались в фильмах "Варвара-краса, длинная коса" и "Огонь, вода и медный трубы") и Наталья Седых ("Морозко", "Огонь, вода и медный трубы"). А если сюда добавить ещё Петра Алейникова и Сергея Столярова, Ирину Зарубину и Лидию Сухаревскую, Инну Чурикову и Татьяну Пельтцер, Леонида Харитонова и Алексея Смирнова, а также ещё многих и многих великолепных актёров, составлявших славу советского кинематографа, с удовольствием снимавшихся у "главного киносказочника", то можно было представить, насколько Роу умел и любил работать с актёрами. …Но вернёмся к хронологии творчества Роу. Добившись успеха в своём дебютном фильме, Роу практически сразу приступил к съёмкам своей следующей, на мой взгляд, лучшей киносказки - фильма "Василиса Прекрасная". Данный фильм вообще не имеет слабых мест - великолепная, абсолютно "сказочная" музыка Леонида Половинкина, то грустно-лирическая (в прологе и в сцене ухода Ивана из дома на поиски своей супруги), то победно-бравурная (в сцене преображения "Ивашки, серой сермяжки" в Ивана-богатыря), то величественной (в сцене битвы Ивана со Змеем Горынычем); великолепные актёрские работы Сергея Столярова (Иван), Ирины Зарубиной (Меланья) и Лидии Сухаревской (Беляндряса) и, разумеется, Георгия Милляра (сыгравшего аж три роли - гусляра, отца и Бабу-Ягу) и Льва Потёмкина (две роли - Антон и кузнец); умелые комбинированные съёмки, среди которых особняком стоят сцена обвала и битва Ивана). Уже в первоначальном варианте фильм заслуживал интереса, но когда спустя 25 лет после выхода фильма Роу сделал новую редакцию фильма, сократив его на 10 минут (режиссёр убрал некоторые длинноты и урезал сцену "интеллектуального поединка" между Иваном и гигантским Пауком, охранявшим меч-кладенец), фильм стал и вовсе безупречен. Строя сюжет фильма, Роу вновь поступил так же, как и при работе над "По щучьему велению" - то есть, беря за основу всем хорошо известную сказку (на сей раз "Царевну-лягушку"), и перерабатывая её по своему усмотрению, сохраняя при этом логику и мораль сказки. Собственно, изменений в сказку было внесено не много - действие из царских палат было перенесено в русскую деревню, а Баба-Яга из союзницы Ивана превратилась в его главного врага. Да и сюжетная фабула стала более динамичной и насыщенной приключениями - Иван ищет не абстрактную "смерть Кощея", а ключ от тайника, где хранится меч-кладенец, с поисками которого ничего не заканчивается - надо ещё и победить трёхголового Змея Горыныча! Получив вполне заслуженную порцию похвалы за "Василису Прекрасную", Роу решил взяться за экранизацию сказки Ершова "Конёк-Горбунок" (1941). Казалось бы, что и фабула сказки, и опыт работы со "сказочным" материалом, и успех в области использования спецэффектов в купе с отличным набором актёров давала возможность добиться нового успеха. Увы, этого не произошло. Несмотря на то, что фильм был снят очень профессионально и качественно, несмотря на то, что сюжет фильма давал возможность снять захватывающую сказочно-приключенческую историю, фильм получился вялым и затянутым (хотя его продолжительность составляла всего 70 минут). В чём причина? Выяснилось, что Роу проще работать с оригинальными сценариями, написанными по мотивам сказок, когда же он натолкнулся на жёсткое построение сказки Ершова, он не смог обжить её по-своему. Нет, попытки были сделаны - поэтический текст был заменён прозой, а на главные роли были приглашены актёры, зарекомендовавшие себя исполнением ролей современников, Марина Ковалёва и Пётр Алейников. Но именно эти действия напрочь убили сказочную условность - Алейников, прекрасно игравший весёлых разбитных парней в фильмах "Трактористы" и "Большая жизнь", оказался не готов для сказочной роли - его Иванушка был слишком правилен и положителен; тоже относится и к Марине Ковалёвой, которая была убедительна в пионерско-комсомольских ролях, но совершенно не тянула роль Зори-Зоряницы. А отсутствие поэтического текста напрочь лишила сказку её условности, в результате чего фильм стал похож на некий отечественный аналог "Багдадского вора". Конечно, количество и качество спецэффектов здесь намного выше, чем в "Василисе Прекрасной", но свежести в фильме не чувствуется.

Марк Кириллов: Видимо, Роу и сам понял, что "Конёк-Горбунок" был не вполне удачен, и вернулся к своему прежнему занятию - вольной интерпретации русских сказок. И следующий фильм режиссёра вновь оказался шедевром - это был знаменитый "Кащей Бессмертный" (1944). Этот фильм режиссёр сотворил на одном дыхании. Хотя фильм был и "заказной" (режиссёру было приказано снять "фильм-сказку на оборонную тему"), но Роу снял его так, как будто это был его собственный замысел. Вновь ничего лишнего, очень точный монтаж, великолепной режиссёрское построение массовых сцен (особенно "Набега" и "Битвы Никиты с Кощеем"). В "Кащей Бессмертный" очень сильно видны заимствования у других режиссёров (например, проезд Никиты через берёзовую рощу напоминает аналогичный проезд Зигфрида из фильма Фрица Ланга "Нибелунги" (1928), а бой Никиты с Кощеем - бой Александра Невского с магистром фон Балком из "Александра Невского" (1938) Сергея Эйзенштейна), но сделано это было умышленно. "Заимствованные сцены" очень хорошо монтировались с кинематографом Роу, но это не входило в противоречие со стилистикой Роу. Теперь сказка сказывалась не для того, чтобы рассказать историю борьбы абстрактного Добра с абстрактным Злом ради спасения любимой - сказка была мобилизована на войну с внешним врагом, которого следовало публично идентифицировать и показательно уничтожить на экране. Сцена набега, когда кощеево воинство сжигает посад, зверски уничтожая всё его население, вполне походит как на аналогичные сцены из военных фильмов (например, из "Она защищает Родину" (1943) Фридриха Эрмлера), так и на реальность. Георгий Милляр, исполняя роль Кащея, явно метил не в сказочного персонажа, а в весьма конкретное и реальное чудовище в человеческом облике - в Адольфа Гитлера. Милляровский Кащей - это монстр, одержимый манией всеобщего разрушения и помешанный на идее мирового господства. Глядя на такого Кащея, и впрямь веришь, что у него нет сердца - оно ему просто не к чему. Даже, пытаясь объясниться в любви к Марье Моревне (Галина Григорьева), Кощей срывается на крик…

Марк Кириллов: Александр Птушко дебютировал в кино в качестве самостоятельного режиссёра чуть раньше Роу - в начале 30-х годов. И с самого начала творческого пути его интересовала в первую очередь техническая сторона постановки сказки. Начав работать в рисованной, а затем в кукольной мультипликации, Птушко мгновенно заставил говорить о себе. Да как! В буквальном смысле, Александр Лукич проснулся однажды утром знаменитым на весь кинематографический мир. В 1935 году он снял первый в мире полнометражный кукольный мультфильм с одновременным присутствием в кадре живых актёров - "Новый Гулливер". Четыре года спустя Птушко, используя тот же приём, снял фильм "Золотой ключик", где пошёл ещё дальше - кукольных персонажей Буратино, Пьеро и Мальвину одновременно играли как куклы, так и живые актёры, причём момент замены в кадре одного на другого практически нельзя было заметить. Хотя первые фильмы Птушко были более технически совершенны и изощрённы в отличие от фильмов Роу, но они имели при этом достаточно существенный недостаток - они были чрезмерно политизированы. В "Новом Гулливере" от Свифта осталась только страна Лилипутия, а всё остальное - это уже домыслы сценариста Григория Рошаля, имевшего уже в своём "активе" "опыт" по уродованию классики - в 1927 году Рошаль по собственному сценарию снял фильм "Господа Скотинины", явившийся плодом превращения комедии Дениса Фонвизина "Недоросль" в жестокую драму времён восстания Пугачёва. Подумать только - попавший в Лилипутию пионер Петя (Владимир Константинов) тут же пытается организовать там … революцию. Справедливости ради, надо сказать, что вне зависимости от сценарных задумок, фильм получился очень весёлым и вполне свифтовским по духу. Даже вроде бы вполне "правильный" финал фильма выглядел несколько двусмысленно - перед победившим народом на площади возвышается Петя, который, сорвав с церкви колокол, звонит им, как в колокольчик, громко крича "Первый митинг свободной Лилипутии объявляю открытым!" В "Золотом ключике" финал ещё хлеще - оказывается, что за волшебной дверью, которую должен был открыть золотой ключик, лежит … иллюстрированный альбом с видами СССР. А на помощь Буратино и его друзьям в борьбе с Карабасом-Барабасом (Александр Щагин) приходит … советский полярник Илья Летников, герой фильма Сергея Герасимова "Семеро смелых", в исполнении того же актёра, Николая Боголюбова. Разумеется, это и раньше выглядело нелепо, а сейчас - так просто смешно. Но, удивительное дело, почему-то эти откровенно идеологические ляпы абсолютно не замечались детьми! И по собственным впечатлениям детства, и по воспоминаниям тех, чьё детство пришлось на 30-е годы, могу сказать - из "Нового Гулливера" все запоминали не левацкие замашки Пети-"революционера", а придурочного короля, говорившего свои речи под фонограмму, и министра Вуаля, распевавшего дурным писклявым голосом песенку "Моя лилипуточка, приди ко мне…", а из "Золотого ключика" - великолепного Сергея Мартинсона, сыгравшего Дуремара как гигантскую пиявку, дослужившуюся до человека. Видимо, восприятие ребёнка так устроено, что он видит мир совершенно не так, как взрослые, и на подсознательном уровне выбирает именно то, что ему ближе, а не то, что взрослые дяди и тёти считают для него "полезным". В 1944 году Птушко обратился к экранизации сказов Павла Бажова "Каменный цветок" и "Горный мастер" (фильм "Каменный цветок"). В этом фильме режиссёр занялся экспериментами с цветом, что было отмечено мировой кинообщественностью - в 1946 году на Каннском фестивале "Каменный цветок" получил специальный приз "За оригинальное цветовое решение фильма". Но сюжет и актёрская игра были принесены этому "цветовому решению" в жертву. Несмотря на участие в фильме таких прекрасных актёров, как Владимир Дружников (Данила), Тамара Макарова (Хозяйка Медной горы) и Михаил Яншин (Северьян Кондратьевич), актёрская игра была маловыразительна и однообразна. А исполнение роли Кати Екатериной Деревщиковой было просто неудачным - не получилось сочетание кротости и силы духа, присущей Кате из бажовских сказов. В исполнении Деревщиковой Катя предстаёт этакой бой-бабой, лишённой всякого поэтического очарования.

Марк Кириллов: Собственно говоря, анализируя последующие фильмы-сказки Птушко, понимаешь, что из фильма в фильм у него переходят одни и те же достоинства и недостатки, разница только в большей их или меньшей степени. Для Александра Лукича всегда существовал приоритет технической стороны фильма над актёрским исполнением, а, зачастую, и над сюжетом. Самый яркий пример такого торжества техницизма стала экранизация карело-финского эпоса "Калевала" - фильм "Сампо" (1959). Уровень постановки спецэффектов в этом фильме был на столь высоком уровне, что ахнули даже видавшие виды американцы, а сам фильм долгое время служил учебным пособием для тех, кто хотел посветить себя работе в области фантастики и сказки. Говорят, что "Сампо" был одним из любимых фильмов Стивена Спилберга. Однако, отдавая должное высокому мастерству постановки, следует заметить, что нагромождение трюков, когда спецэффект на спецэффекте сидит и спецэффектом погоняет, сильно затрудняет просмотр фильма. Хотя в этом фильме и заняты прекрасные актёры Ада Войцик, Ээве Киви и Георгий Милляр, но оценить мастерство их крайне затруднительно. Что же касается главных героев, то за мерцанием света, игрой светотени и задымлением их даже не удаётся толком рассмотреть, чтобы понять, кто из них кто. Перед "Сампо" Птушко снял два фильма по мотивам древнеславянских былин - "Садко" (1952) и "Илья Муромец" (1956). Оба фильма получили широкое признание не только в СССР, но и за рубежом. "Садко" получил "Серебряного льва" на международном кинофестивале в Венеции, а "Илья Муромец" попал…в "Книгу рекордов Гиннеса" - в этом фильме оказалась самая масштабная в мировом кино конная массовка - 10 тысяч коней несли всадников, изображавших нашествие печенегов на Киев. "Садко" был более удачен с точки зрения работы с актёрами - практически каждый из них создал интересный и запоминающийся образ - Сергей Столяров (Садко), Алла Ларионова (Любава), Нинель Мышкова (царевна Ильмень), Леонид Фенин (предводитель варягов), Михаил Астангов (магараджа), Лидия Вертинская (птица Феникс). Очень забавным получился дуэт Степана Каюкова (морской царь) и Ольги Викландт (морская царица), постоянно ссорившихся из-за любого пустяка и даже по мнимым предлогам. Неповторимо прекрасны пейзажи русской природы и "заморских стран". Очень к месту оказалась и музыка Римского-Корсакова из одноимённой оперы. "Илья Муромец" менее удачен. Излишняя пафосность в режиссуре, нарочитый наигрыш у актёров (хотя актёрский состав по именам впечатляет - Борис Андреев, Сергей Столяров, Нинель Мышкова, Андрей Абрикосов, Михаил Пуговкин, Тамара Носова, Сергей Мартинсон) местами даже начинают раздражать. Но расположившаяся в финале сцена битвы с печенегами спасла фильм. После её просмотра даже забываешь о занудстве предыдущих частей картины. Удачное сочетание общих панорамных планов нашествия с показом боя "с точки зрения бойца", вставная сцена битвы Алёши Поповича со Змеем Горынычем (хотя у Роу в "Василисе Прекрасной" Змей был и помасштабнее, и пострашнее), умелый монтаж - всё это захватывает зрителя. Птушко очень тщательно работал над этой сценой, снял огромное количество дублей и вариантов. Впрочем, неиспользованный материал не пропал - многое из того, что не вошло в "Илью Муромца", в дальнейшем было использовано в аналогичной сцене в его же фильме "Руслан и Людмила" (1972).

Марк Кириллов: Если Птушко в 50-е годы добился наибольших творческих успехов, то Роу в это же время переживал кризисный период в своём творчестве. После в войны киносказки впали в немилость. В 1947 году в статье "О репертуаре советских кинотеатров" нарком кинематографии Иван Большаков, рукой которого водил "лучший друг кинематографистов", обрушился на "заполонившие советский экран" киносказки. Сказка опять попала под подозрение. Режиссёрам предписывалось снимать правильные, идеологически выдержанные фильмы, всякое фантазирование и трюкачество строго осуждались. По сути, данная статья стала идеологической основой грянувшей вскоре "эпохи малокартинья", когда в год всего по стране выпускалось не более 10 (!!!) полнометражных фильмов. Сказок среди них не было вообще - львиную долю составляли либо фильмы о современности, не имевшие к ней никакого отношения по форме, и картины из серии "ЖЗЛ", похожие друг на друга как кирпичи, хотя снимали их совершенно разные режиссёры. Птушко в это тяжёлое время удалился на студию "Союзмультфильм", где продолжал свои эксперименты в области спецэффектов. Роу же остался без работы. Даже когда "малокартинье" кончилось, ему сразу не удалось вернуться к любимому делу - его перебросили сперва на приключенческое кино (фильм "Тайна горного озера" (1955)), а затем на кинокомедию (фильм "Драгоценный подарок" (1956)). Качество этих фильмов просто отвратительно, сделаны они без души и без всякой мысли. Невооружённым взглядом было видно, что Александру Артуровичу были глубоко чужды как шпионские страсти, разыгрывающиеся в горах Армении, так и пропаганда культурного отдыха в виде рыболовства. Наконец, в 1957 году Роу снимает киносказку "Новые похождения кота в сапогах" по сценарию Сергея Михалкова. И вновь сокрушительный провал. То ли режиссёр дисквалифицировался после долгого простоя, то ли осовремененный сюжет старой сказки пришёлся не по нутру, только фильм оказался на удивление плоским и лишённым всякого намёка на юмор. Запоминающуюся роль злой волшебницы великолепно исполнил Георгий Милляр, но его одного для спасения картины было явно недостаточно. Вероятно, у Роу и Михалкова просто не совпали "группы крови". Спасение Роу пришло со стороны Евгения Львовича Шварца, прекрасного сказочника-интерпретатора, создателя "Обыкновенного чуда", "Тени", "Дракона", "Голого короля" и других сказок для взрослых и детей. Незадолго перед смертью Шварц написал сценарий по мотивам русских сказок. Это было именно то, что так хотел Роу - работа над сценарием Шварца позволяла ему вернуться на свою родную территорию русской сказки. Так появился фильм "Марья-искусница" (1959). …И зритель вновь смог увидеть в сказочных ролях тех, кого видел в киносказках Роу в 30-40-е годы - Анатолия Кубацкого (Водокрут), Георгия Милляра (Квак), Никиту Кондратьева (подводный петух), Льва Потёмкина (мудрец-молчальник), Веру Алтайскую (тётушка Непогодушка). Добавим сюда Нинель Мышкову, ранее игравшую в сказках у Птушко, Михаила Кузнецова, с которым Роу работал в "Драгоценном подарке" и совсем юного Витю Перевалова, ставшего впоследствии хорошим актёром. В общем, все слагаемые успеха были налицо. И он состоялся. Конечно, в первую очередь "Марья-искусница" - это именно фильм Роу, а не фильм по сценарию Шварца. От сценария, по правде говоря, в фильме остался только Квак - лягушка, выбившаяся, благодаря усердию, угодничеству и подхалимству, в "люди". Остальное - это чистый Роу с его любовью к русской природе, преклонению перед добротой и бесстрашием, с его простыми и необыкновенными чудесами.

Марк Кириллов: Обычно под конец жизни кинорежиссёры сдают - перестают снимать либо снимают всякий хлам, почуют на лаврах, вспоминая былые успехи, не желают замечать далеко ушедшее время. Всё это - не про Александра Роу. Его фильмы, снятые в период между 1960 и 1970, - это непрерывная волна успеха. Режиссёр переживает вторую молодость. Весёлый и озорной фильм "Ночь перед Рождеством" (1961, по одноимённой повести Н. В. Гоголя) сменяет героическая сказка "Королевство кривых зеркал" (1962), в основе которой лежало убогое, но идеологически выдержанное "творение" Виталия Губарева. Впрочем, Роу сделал из этого хлама очень сильный фильм, который и сейчас смотрится с интересом. После этого небольшого отвлечения на экранизации режиссёр вернулся, теперь уже окончательно, к интерпретации русских народных сказок, сняв своеобразную трилогию "Морозко" (1965), "Варвара-краса, длинная коса" (1969), "Огонь, вода и медные трубы" (1970). В этих фильмах Роу выбрал новый способ подачи сказки - через фигуру рассказчика, точнее говоря - сказительцы, роль которой во всех трёх фильмах исполнила мхатовская актриса Анастасия Зуева. Другим "усовершенствованием" стало небольшое "осовременивание сказки. Нет, герои и героини остались прежними - добрыми, весёлыми, смелыми. Изменились их враги. На смену Кощею-фашисту пришёл Кощей-донжуан ("Огонь, вода и медные трубы"), мрачной человеконенавистнице Бабе-Яге из "Василисы Прекрасной" - мелкая пакостница из "Морозко" и заботливая мамаша из "Огонь, вода и медные трубы", злодею Водокруту - одинокие и несчастные подводные цари из того же "Огня…" и фильма "Варвара-краса, длинная коса". Вся эта "нечисть" была забавна и вызывала скорее улыбку, чем ненависть, ибо она смешила, а не страшила. Куда более неприглядны были люди, с которыми сталкивались положительные герои поздних сказок Роу - их просто так не ликвидируешь, как Кощея, они живучи и непотопляемы - мачеха (Вера Алтайская) и Марфушка (Инна Чурикова) ("Морозко"), царь из "царства лести" (Михаил Пуговкин) ("Огонь, вода и медные трубы"), дьяк Афоня (Анатолий Кубацкий) и царевич Андрей (Сергей Николаев) ("Варвара-краса, длинная коса")… Менялось время. Окончились бурные 60-е, на смену им пришли тоскливые 70-е. Почувствовал ли это Роу или нет, неизвестно. Но почему-то он свернул с хорошо разработанной колеи "осовремененной сказки", освободив её для молодого и интересного режиссёра Бориса Рыцарева, и вновь обратился к классической сказке - где злодей - Злодей, а герой - Герой. Увы, на этом пути Роу ждал сокрушительный провал. Его фильм "Золотые рога" (1973) оказался неудачен. Несмотря на знакомые лица своих постоянных актёров, несмотря на молодость и красоту главной героини, сыгранной Раисой Рязановой, фильм оказался каким-то душным, точнее - бездушным. "Там много света, но нет там жизни" - это про "Золотые рога". Конечно, как всегда прекрасен Георгий Милляр в роли Бабы-Яги, этакой пожилой кокетки, постоянно вертящейся перед зеркалом и распевающей романсы. Такая Баба-Яга ну никак не тянула на образ абсолютной злодейки, слишком уж она была очаровательна и непосредственна. А героине Рязановой явно не хватало юмора, она была чем-то вроде женского варианта Никиты Кожемяки. Дальше Роу собирался снимать по собственному сценарию фильм "Финист - ясный сокол" (1975), но умер в самом начале работы над фильмом. Вместо него постановку осуществил Геннадий Васильев, снявший впоследствии ещё несколько киносказок, а затем ушедшего в постановку исторических фильмов на древнерусском материале. Трудно сказать, стал бы "Финист…" фильмом, благодаря которому Роу смог бы найти новые пути развития киносказки, если бы не умер. Вряд ли. Фильм громоздок и неуклюж, и от полного краха его спасли комедийные персонажи второго плана - воевода (Михаил Пуговкин) и Яшка-писарь (Михаил Кононов). Сцены с их участием проникнуты живостью и добрым юмором. Главные же герои - богатырь Финист (Вячеслав Воскресенский) и предводитель всемирной нечисти Картаус (Марк Перцовский) - явно пришли из другого фильма, из оборонно-патриотического "Кощея Бессмертного". Однако то, что снималось в годы войны с прицелом на окружающую действительность, с точностью копииста воспроизведённое в мирное время, производило некое странное впечатление, у фильма даже появлялся нехороший "душок"… Впрочем, неудача последних фильмов Роу не перечёркивает его творчества и его огромный вклад в развитие киносказки. Как не странно, это даже свидетельствует о нежелании режиссёра почивать на лаврах, а продолжать искать новые пути, новые формы, новые вариации…

Марк Кириллов: …Александр Птушко после неудачи с "Сампо" решил сменить вектор творчества, несколько отойдя от своего традиционного увлечения спецэффектами, и снял сперва романтические "Алые паруса" (1961) по одноимённой феерии Александра Грина и "Сказку о потерянном времени" (1964) по Евгению Шварцу. Если "Алые паруса" скорее предназначались для юношеского и взрослого зрителя, то "Сказка о потерянном времени" - это уже абсолютно детский фильм. Надо сказать, что отказ Птушко в этом фильме от технических аттракционов и экспериментов сам по себе был экспериментом - режиссёр попытался снять чистую кинокомедию, тщательно замаскировав свою творческую индивидуальность, и, надо признаться, это ему удалось. Если бы в титрах фильма не было написано "режиссёр - Александр Птушко", вряд ли кто-то догадался, что это именно его работа. Никакой гигантомании, никакой патетики, никакого формализма - обычная комедия 60-х, со светлыми улицами, запруженными неорганизованной массовкой, с комедийными гэгами и вкраплениями сатиры (чего стоит одна сцена, в которой предводитель злых волшебников Прокофий Прокофьевич (Сергей Мартинсон) распекает своих коллег за то, что они отстали от жизни - на дворе середина 60-х, а они, совершенно в духе 30-х годов, строчат доносы " на всех подряд по телефонному справочнику"). Впрочем, вскоре Птушко вновь вернулся к экранизациям сказок, действие которых происходило в седой древности. Два его последних фильма были экранизациями сказок А.С. Пушкина - "Сказка о царе Салтане" (1965) и "Руслан и Людмила" (1972). Оба этих фильма хорошо смотрятся, есть в них и хорошо снятые массовые сцены, и любимые Птушко спецэффекты, и батальные сцены. И актёры все как на подбор - Олег Видов, Лариса Голубкина, Вячеслав Невинный, Андрей Абрикосов, Игорь Ясулович, Сергей Мартинсон… Да только оба эти фильма были чересчур театральны, и являли собой некую смесь оперы с балетом. Многие сцены были сняты в павильоне, что придавало фильмам фальшь и искусственность. Поэтому вполне удачными обе киносказки назвать нельзя. Относительно Птушко, потому как ни до, ни после него никто не смог даже и приблизится к подобному уровню мастерства. Слишком высоко Александр Лукич поднял планку оценки своего творчества…

Сухов: Марк Кириллов пишет: Наконец, в 1957 году Роу снимает киносказку "Новые похождения кота в сапогах" по сценарию Сергея Михалкова. И вновь сокрушительный провал. То ли режиссёр дисквалифицировался после долгого простоя, то ли осовремененный сюжет старой сказки пришёлся не по нутру, только фильм оказался на удивление плоским и лишённым всякого намёка на юмор. Запоминающуюся роль злой волшебницы великолепно исполнил Георгий Милляр, но его одного для спасения картины было явно недостаточно. Вероятно, у Роу и Михалкова просто не совпали "группы крови". Есть ещё одна экранизация этой пьесы. "Весёлое сновидение или смех сквозь слёзы" Двухсерийный фильм, снятый для телевиденья и похожий на фильм Роу только сюжетом.

Марк Кириллов: Я видел "Весёлое сновидение...". Тоже шлак. У Роу хоть тоже не получилось, но "не получилось" лучше



полная версия страницы