Форум » Интересные фильмы » Кинематограф Чехословакии (штрихи к портрету) » Ответить

Кинематограф Чехословакии (штрихи к портрету)

Марк Кириллов: Сразу оговорюсь – это не история чехословацкого кинематографа, это всего лишь штрихи к портрету, субъективные впечатления и мнение частного лица. Исторический обзор можно и в Википедии прочесть, и в Кинословарь заглянуть. … История кинематографа Чехословакии лежит примерно в тех же пределах, что кинематограф Польши и Венгрии (если говорить об общности судьбы этих стран, получивших свою новую государственность по окончании Первой мировой войны, а затем ставшие форпостами социализма в Европе). Говорить о чешском кино возможно только начиная с 20-х годов, хотя группы кинематографистов-энтузиастов существовали в пределах Чехии и Словакии, ещё субъектах Австро-Венгерской империи, уже с конца XIX века (чешский киноклассик Иржи Менцель даже посвятил им одну из своих лучших работ – «Сказочно удачливые мужчины»). В 20-е годы чешское кино было предназначено исключительно для внутреннего употребления. Невозможно было на голом месте сразу сотворить мега-фабрику кино типа Голливуда, УФА, Межрапбомфильма наконец. Всё было постепенно. Шли от того, что имелось в наличии, повторяя путь других стран. Естественно, экранизации произведений чешских авторов, перенос спектаклей на экран, мелодрамы, пасторали. Были тут и свои герои, имена которых, вероятно, уже забыты даже в Чехии, но которые строили фундамент будущего – Вацлав Кубасек, Святоплук Иннеман, Йожеф Медеотти, Владимир Славинский… Творили они, конечно, не «нетленку» - обычное кино для разового просмотра, меньше всего думая о каком-то там «искусстве». Даже названия говорят сами за себя – «Любовные похождения Каченки Страндовой» Иннемана, «Госпожа Катенька с Птичьего рынка», «Песня большой любви», «Поздняя любовь» Кубасека, «Розовая комбинация» Леопольда Мартена… Хотя с формальной точки зрения, фильмы того же Кубасека весьма интересны… Ну и плюс к тому – в этих фильмах снимались актёры, впоследствии доставившие славу кинематографу Чехословакии – Рудольф Грушинский, Ян Верих, Ярослав Марван, Власта Буриан, Ирэна Штепчинкова… Первый режиссёр, который открыл кинематограф Чехословакии для мира, стал Густав Махатый. В советской историографии Махатого было принято ругать за увлечение эротической тематикой. Говорить так – значит, просто не видеть его фильмов, и, думается мне, «историки кино», костерившие чешского режиссёра, банально его фильмов не смотрели. Да, разумеется, Махатый ставил эротическую составляющую, как главную приправу к блюду. «Крейцерова соната» (1926), «Эротикон» (1928), «С субботы на воскресенье» (1931) – все эти фильмы проникнуты агрессивной чувственностью на грани тогдашнего понимания о «приличности». Но в этом и состояла их самобытность. В других странах «обнажёнкой» в это время баловались разве что леваки-авангардисты да кустари-одиночки, не планировавшие показывать свои опусы массовому зрителю. Махатый же двигал «обнажённые сцены» прямо в обычный сюжет мелодрам, чем и завоевал скандальный успех. В результате самого знаменитого чешского режиссёра пригласили на Венецианский фестиваль с новой картиной. Этой картиной был «Экстаз» (1932). Собственно говоря, благодаря показу в Венеции, этот фильм стал самой знаменитой лентой чешского кино до Второй мировой войны. Хотя он, объективно, хуже ранних работ Махатого (лучшими у него считаются «Крейцерова соната» и «Эротикон»)…Сюжет «Экстаза» достаточно банален. Скучающая барышня (Ядвига Кислерова) влюбляется в инженера и хочет с ним бежать. Однако, поразмыслив, решает остаться дома, в деревне. Впрочем, «Экстаз» лучше смотреть глазами, не пытаясь вникнуть в суть. Потому что, при ближайшем рассмотрении, именно суть в фильме и отсутствует. Совершенно неподражаемо красиво сняты пейзажи Татр, обворожительно красива в одежде и, особенно без неё  пани Ядвига. Но Махатый, показывая изысканно-декадентскую мелодраму, вдруг врезает в неё сцены ударного капиталистического труда рабочих, видимо, противопоставляя чувственному сюжету «истинные ценности». «Всех спасёт ударный труд!!!» - голосисто надрывается в финале фильма закадровый хор, а работяги ещё яростнее копают землю, жужжат бурава, громыхают машины… В принципе, «Экстаз» могли бы купить в прокат даже в СССР – он весьма неплохо бы смотрелся в эпоху первых пятилеток.

Ответов - 37, стр: 1 2 All

Марк Кириллов: «Экстаз» вызвал запланированный скандал. Прокатчики из других стран потребовали удаления из своих прокатных копий сцен, где Ядвига Кислерова уж чересчур обнажена. Не имею сведений о прокатном успехе «Экстаза» вне пределов Чехословакии. Но автор и его актриса были примечены. Ядвига Кислерова отправилась за океан, где сменила своё непроизносимое для самодовольных янки имя и фамилию на более благозвучное Хедди Ламар, и сделала неплохую карьеру «звезды второго плана», снимаясь в основном в костюмно-исторических фильмах, где допускалось «немножко заголяться»  (например, у Сесиля Блаунта де Милля в «Знаке креста» и «Самсоне и Далиле»). Махатый сперва осел в Италии, но, явно не вписавшись в формат фашистского кино, перебрался сперва во Францию, а затем в Штаты. Впрочем, его картины после «Экстаза» (например, «Ревность») успеха не снискали. Успех «Экстаза» на развитие кинематографа Чехословакии не оказал. И не только потому, что Махатый и Кислерова уехали на Запад. Просто наступила эпоха звукового кино. Да и явных эротоманов в среде чешских режиссёров нашлось не много. Режиссёры стали активно осваивать звук, появились музыкальные фильмы. Выросла производственная база – киностудия «Баррандов». К середине 30-х чешское кино уже вполне котировалось. Конечно, до французского или советского кино было далеко, но в сравнении с весьма слабой на тот момент польской кинематографией, раздолбанного нацистами немецкого кино, зажатого итальянского, чехи весьма неплохо смотрелись. Появилось и новое имя, надолго ставшее символом чешского кинематографа – Отакар Вавра, с лёгкостью работавшего абсолютно в любом жанре («Ноябрь», «Одиннадцатая заповедь», «Верблюд проходит сквозь игольное ушко», «Девственность»). Успешно продолжает работу уже в звуковом кино Кубасек («Поздняя любовь», «Свет его очей», «Любовь и люди»). Появилась и своя актёрская мега-звезда – Лида Баарова, снимавшаяся не только на родине, но и за рубежом (в Германии) и изрядно подпортившая репутацию доктора Геббельса, который на словах призывал к физическому изничтожению «неполноценных рас», а сам с удовольствием развлекался с очаровательной чешкой . Всё кончилось в марте 1939-го, когда в Чехословакию вошли части вермахта. Отныне «Баррандов» стал придатком УФА, ненадёжные режиссёры были разогнаны. Многие эмигрировали. По сути, до конца Войны говорить о чешском кино нельзя. Нет, кое-что снималось, во всяком случае, и Марван, и Грушинский, и Баарова продолжали функционировать, но припомнить что-то достойное возможным не представляется. После Войны в чешском кино имел место явный застой. Режиссёры, активно работавшие до войны, в основном эмигрировали. Единственным серьёзным автором в этот был, пожалуй, только Вавра, продолжавший свою многостаночную деятельность. До коммунистического переворота Готвальда (1948 год), он успел снять фильм ужасов «Кракакит» (1947), обруганный за содержание, но высоко оценённый за форму. После 1948 года – потрясающая по своей силе и пафосу «Немая баррикада» (1949), рассказывающего о Пражском восстании в апреле-мае 1945-го. Затем – историческая трилогия «Ян Гус» (1952) - «Ян Жижка» («Гуситский полководец») (1956) – «Против всех» (1957), снятые в лучших традициях постановочного исторического боевика, скорее тяготевших к советской школе (на лицо влияние таких фильмов, как «Георгий Саакадзе» Михаила Чиаурели и «Давид Бек» Амо Бек-Назарова). «Ян Гус» мне в детстве очень нравился, особенно Зденек Штепанек (звезда довоенного чешского кинематографа) в роли великого просветителя. Конечно, гуситская трилогия повторяла достижения и, увы, недостатки, советского исторического кино, но не восхитится масштабом постановки просто невозможно. Разумеется, дилогия проникнута неприкрытой ненавистью к немцам, что было также весьма актуально в послевоенную эпоху, когда раны войны ещё бередили душу.

Марк Кириллов: 50-е годы в чешском кино были далеко не лучшими. Дорабатывали своё старые кадры, новые имена не появлялись. Культ личности Клемента Готвальда породил свои «негативные явления» в кино в виде выпуска серых и схематичных фильмов, которые забыты и весьма справедливо. Из режиссёров того времени, помимо Вавры, на ум приходит разве что Вацлав Кршка, снимавший весьма активно, приглашая в свои фильмы даже западных кинозвёзд (разумеется, левого толка – вроде Марины Влади). Сейчас фильмы Кршки, кстати, активно демонстрировавшихся в советском прокате, без усилий смотреть невозможно – слишком уж они примитивны. Кое-какие сдвиги наметились только к концу 50-х, когда подросли новые молодые актёры, появились новые режиссёры, да и ветеран Вавра решил, наконец-то, вернуться из «исторической командировки» к современности. Намечаются, наконец, и основные жанры чешского кино – тема войны и её последствий и … пародийные комедии. Как раз в конце 50-х – в начале 60-х появились фильмы, ставшие своего рода путеводными указателями – «Ромео, Джульетта и тьма» (1958) Иржи Вайса, «Где и чёрту не под силу» (1959) Зденека Подсекальского, «Ночной гость» (1961) Вавры. Тут, собственно, антифашистская драма, ироническая комедия на тему «а если бы Мефистофель был женщиной», психологический детектив, отсылающий к временам Войны. Появились и новые лица – Яна Главачёва, Квета Фиалова, Яна Брейхова… Небольшое отступление. Почему-то, кроме старой гвардии в лице Марвана, Вериха, Грушинского, Крейчи, при словосочетании «актёры Чехословакии» на ум приходят почему-то только одни умопомрачительные чешские красавицы – сказочная принцесса Яна Брейхова, волшебница Эмилия Варшариова, озорницы Яна Главачёва и Либуше Шафранкова, «роскошная девушка» Ярослава Обермайерова, глазастая обаяшка Яна Новакова, пышная Квета Фиалова, ироничная и сдержанная Ива Янчжурова… А из актёров мужчин на ум приходят разве что клоуны Любомир Липский и Иржи Совак, зелёный пацан Владимир Пухольт, знойный мачо Владимир Матушка, суперменистые Карел Фиала и Вит Ольмер. То ли это от преобладания на советских экранах по преимуществу кинокомедий и кинопародий, то ли проникновенная женственность чешских актрис мешает увидеть их партнёров… Но вернёмся к хронологии. 60-е годы стали Ренессансом по всему миру, даже там, где раньше кинематографом и не пахло. Дикий воздух свободы пронёсся по миру. Как грибы после дождя появлялись свои доморощенные «новые волны». Где-то это было в виде 2-3 никому ничего не говорящих фильма, где-то – новое слово в кинематографе. Я затрудняюсь сказать, было ли чешское кино 60-х «новым словом» в киноязыке. Но явлением в мировом кино оно стало. Теперь количество выдающихся фильмов стало столько, что глаза буквально разбежались. А сколько новых имён! Боржевой и Карел Земаны, Иржи Менцель, Олдржих Липский, Вера Хитилова, Иржи Секвенс, Иван Пассер, Милош Форман, Войтех Ясный, Ян Кадар и Эльмар Клос, Вацлав Ворличек, Антонин Москалик, Карел Кахиня, Иржи Крейчик, Иржи Трнка… Постоянно чешские фильмы производят фурор, причём по обе стороны Берлинской стены. Карел Земан творит на стыке игрового кино и мультипликации, в чём-то перекликаясь с кинопоисками Александра Птушко. Ещё в 50-е Земан снял умопомрачительный фильм «Путешествие в доисторические времена» и едва ли не самый знаменитый свой фильм «Тайна острова Бек-Кап». В 60-е – величественный «Барон Мюнхгаузен», ироничный «Два мушкетёра», захватывающий и весёлый «Похищение дирижабля». Иржи Трнка мгновенно прославился на весь мир после премьеры своего немого (!!!) кукольного фильма «Сон в летнюю ночь» (по Шекспиру). Войтех Ясный потряс весь мир своей современной сказкой «Вот придёт кот», заставляющей до сих пор плакать и смеяться и детей, и взрослых (спасибо бывшему петербургскому Музею Кино, давшему возможность насладится этим фильмом). А антифашистские драмы «Магазин на площади», «Смерть зовётся Энгельхен», «Экспресс до Вены»?

Марк Кириллов: Впрочем, массовый зритель судил о чешском кино по массовой продукции. Что ж, и здесь всё было в порядке. Детективы и боевики («Полицейский час», «Король Шумавы»), мюзиклы («Если б тысяча кларнетов…», «Старики на уборке хмеля») комедии… Комедии, в особенности пародийные, были особенно популярны. Мало кто не видел «Конец агента» с Иржи Соваком, «Человека из первого века» с Любомиром Липским, «Призрак замка Моррисвилль» с целой россыпью чешских кинозвёзд от ветерана Марвана до молодых Матушки, Фиаловой, Ольмера, Новаковой. А знаменитый «Лимонадный Джо», не сходивший в СССР с экранов аж до конца Перестройки? В общем, чехи народ развлекали, за что им огромное спасибо. Причём развлекали с умом, за что спасибо вдвойне . Правда, в лидерах чешского кино тогда числились другие имена. В первую очередь это Иван Пассер, Милош Форман, Вера Хитилова и Иржи Менцель. Собственно, именно от премьеры в 1962 году фильма Менцеля «Преступление в женской гимназии» принято исчислять эпоху взлёта чехословацкого кинематографа. За Менцелем последовал Милош Форман, чьи фильмы «Чёрный Пётр», «Горит, моя барышня» («Бал пожарных»), «Любовные похождения блондинки», были проникнуты уже не добрым юмором и беззлобным зубоскальством, но сарказмом, переходящим в гротеск, при том, что завязки фильмов составляли достаточно банальные и затасканные схемы – вхождение в жизнь молодого человека, провинциальный корпоратив, занудная и неоригинальная история разового совокупления мальчика и девочки… Пассер работал ближе к «абстрактному кинематографу» - его «Интимное освещение» и «Убитое воскресенье» есть своеобразный киноимпрессионизм, тоже неплохо существовавший в 60-е годы. На грани годаровщины и немой комической отработала Вера Хитилова – автор изумительных «Маргариток» - безбашенного, анархистского, вопиюще асоциального фильма… Чешское кино 60-х – это даже не Клондайк, это настоящее Эльдорадо, где можно найти любое сокровище. Всё рухнуло в августе 1968 года, когда идиотизм советских руководителей, вздумавших решать идеологические тонкости в развитии социалистических идей с помощью танков, привёл к совершенно бессмысленному вводу войск стран Варшавского договора в Чехословакию. Глупая и совершенно бессмысленная акция, положившая конец эпохе Пражской весны, и похоронившая в сердцах многих надежду на «социализм с человеческим лицом», привела к сильнейшему культурному шоку. Многие деятели искусства покинули Чехословакию – в частности, Войтех Ясный, Иван Пассер, Милош Форман. Ренессанс превратился в пейзаж после битвы. По инерции ещё выходили зубоскальные комедии Олдржиха Липского и Вацлава Ворличека, продолжал работать на лоне киносказки Карел Земан. Но дух вольности из чешского кино ушёл. Теперь от комедий веяло мизантропией – наиболее характерный фильм этого периода «Как утопить доктора Мрачека» Ворличека. Постепенно шок прошёл, но от былого величия чешского кино не осталось и следа. Нет, выходили интересные фильмы, появлялись новые имена (например, Юрай Якубиско), работали в кино Иржи Менцель и Вера Хитилова, но чего-то действительно выдающегося не появлялось.

Марк Кириллов: Как не странно, но наиболее заметным фильмом 70-х оказался …телесериал, снятый в период с 1974 по 1979 Иржи Секвенсом по мотивам произведений Роберта Шулига и Иржи Прохазки – «30 случаев майора Земана». Снятый в жанре весьма популярного скетч-детектива, этот сериал давал возможность зрителю оглянутся на 30 послевоенных лет и попытаться для себя ответить на вопрос – что же произошло со страной за этот период, от чего ушли и куда пришли? …Вот весна 1945-го. 20-летний Ян Земан (Владимир Брабец) возвращается из концлагеря, куда он был брошен за саботаж по доносу своего приятеля, решившего жениться на его невесте. Земан поступает на работу в полицию. Далее – 30 лет, в течение которых перед глазами героя проходят борьба с фашистскими недобитками, переворот Готвальда, коллективизация, «трудности переходного периода», борьба со шпионами, спекулянтами, музейными ворами, события Пражской весны и её последствия… Фильм не так прост, как кажется, а Гонза Земан – вовсе не герой без страха и упрёка. На долгом пути от встречает и теряет, а затем опять встречает бесстрашную и прекрасную Бланку (Ярослава Обермайерова), теряет супругу – нежную Лиду (Рената Долежелова), воспитывает учеников – Иржи Градеца (Рудольф Елинек) и Мирека Стейскала (Ладислав Мрквичка) – которые покидают его (первого убивают бывшие нацисты в Южной Америке, второй предаёт Земана во время Пражской весны, когда того собираются сделать козлом отпущения за репрессии 50-х), теряет верного друга и наставника Калину (Милош Виллиг)… Зачем всё – постоянно спрашивает себя (а заодно и зрителей) Земан. Куда мы идём? Почему люди пытаются сделать другим подлость, прикрываясь высокими словами о Родине, свободе слова, демократии… И всё это ради того, чтобы потешить своё самолюбие, пожить за чужой счёт, торговать наркотиками, и убивать, убивать, убивать… Конец фильма всё же даёт надежду, что жизнь не кончается и на смену честному служаке Земану, всю жизнь служившего не идеологии (судя по фильму, Земан не был даже коммунистом), а Закону, и боровшегося с преступниками, какую бы личину они на себя не напяливали, идут молодые и неиспорченные люди, такие как его дочь Лида (Ивана Андролова), журналистка-разведчица Мишель (Ива Янчжурова), инспектор Мартин Гайош (Эмиль Хорват-младший)… В Чехословакии фильм был принят «на ура». В СССР тоже, хотя советским зрителям не показали почти что половину сериала. Не показывали первые серии (не хотелось поднимать скользкие моменты, связанные с доносами, с депортацией судетских немцев из Чехословакии), убрали серию «Татранская пастораль» (убийство на сексуальной почве – зачем это советскому зрителю?), полностью убрали весь блок серий о Пражской весне (стыдно вспоминать!)… Полностью фильм был показан около 4-х лет назад по каналу «Звезда». Некоторое время назад фильм повторили по чешскому ТВ. Вот тут-то и выяснилось, что «30 случаев…» - это не заурядный детективчик. Дорвавшиеся до власти бывшие диссиденты и их приспешники устраивали акции против фильма, истерику в СМИ, призывая снять с программы фильм «воспевающий начальника пражского гестапо», а плёнку сжечь (что-то похожее было устроено вокруг очень популярного в Чехии фильма Александра Роу «Морозко»). В итоге прошёл миниреферендум среди телезрителей, большинство которых проголосовало «за» Земана, лишний раз показывая, как пресловутые «интеллектуалы» далеки от понимания произведения искусства. Чем же так возмутил «демшизу» майор Земан? Как не странно, своей неангажированностью. Для Земана существуют только две абсолютных категории – Закон и обычные люди. А те, кто считает, что Закон – это для простонародья, а «элита» выше Закона – для Земана на подозрении. Вряд ли способны вызвать симпатию зрителя дебошир-плагиатор Павел Данеш (Пётр Штепчинек), скользкая и подлая журнашлюха Дагмара Конечна (Власта Власянкова), «диссиденты», торгующие наркотиками. Эти даже омерзительнее, чем профессиональные враги и шпионы типа Арнольда Гакла и Павла Благи. Земан делает свою работу, наказывая преступников, невзирая на лица. За это его полюбили простые зрители, за это его же возненавидела «элита»…

Марк Кириллов: В 80-е чехословацкое кино окончательно переориентировалось на выпуск сказок и фантастики. Поднялся и детский кинематограф, в котором очень успешно работал Радим Цврчек («Приключения в каникулы», «Кот идёт по следу», «Лето с Катей»). После серии малоудачных картин громко напомнила о себе Вера Хитилова, поставившая мрачноватый триллер «Турбаза «Волчья»», имевшего успех у зрителей, но вызвавший ворчание критиков. Но нового слова не было. Сошли на нет старые кадры…Когда грянула «бархатная революция» 1988 года, следом за ней рухнул и чешский кинематограф. По-прежнему выпускались киносказки, что-то выходило под маркой «проблемного кино», но той великой кинематографии, что была когда-то в Чехословакии, уже не существует. И дело не только в крушении режима «народной демократии». Видимо, произошёл разрыв. Удар по культуре, нанесённый при подавлении Пражской весны, не прошёл даром. Новое поколение кинематографистов оказалось лишённым не только идеалов, но и ориентиров в искусстве. 20 лет ещё продолжалась инерция, затем наступил крах… Впрочем, в этом чешский кинематограф ныне не оригинален. ЗЫ. Если что-то упустил - дополняйте.

KINOPSIH: Ух! Спасибо большое, Марк! В голове как-то теперь всё уложилось, теперь надо смотреть... А что с Форманом? Или после "Бала пожарных", он уже не чешский режиссёр? Интересно было бы обсудить творчество имигрантов... Ещё можно было бы сказать пару слов о Яне Шпате и вообще, о документальном кино Чехословакии. Обязательно ещё отпишусь. Ещё раз спасибо

Марк Кириллов: Как можно считать человека, работающего не только в другой стране, но и в ином культурном пространстве, именно "чешским режиссёром"? Форман после 1968-го - именно АМЕРИКАНСКИЙ режиссёр. Потому что он вошёл в культурное пространство американского кино и удачно в нём адаптировался. Чешский Форман и американский Форман - два АБСОЛЮТНО разных режиссёра, не имеющих вообще никаких точек соприкосновения. Кто лучше, кто хуже - не суть. Оба лучше. Просто фильмы принадлежат разным культурам. Иван Пассер пострадал больше. Снимал он, где попало и что попало. Хотя и приглашал в свои фильмы известных актёров (например, Омара Шарифа и Джулию Ормонд), но смотреть на ЭТО без слёз нельзя. Войтех Ясный просто выпал из профессии. Вне Родины он не смог вообще работать. Для конкретного человека это, вероятно, была трагедия. Для истории кино - благо.

Roman_DD: Огромное спасибо, Марк. Дополнить могу разве что упоминанием режиссера Мартина Фрича, у которого, правда, смотрел только один фильм - очаровательную комедию "Пекарь императора и император пекарей" (1951), напомнившую мне немецкие фильмы 20-х.

Lacenaire: Спасибо, Марк! Впечатляюще Можете что-то ещё сказать (надеюсь, нигде не проглядел) про такого режиссёра Штефан Ухер/Угер? Я у него видел самый, вроде бы, известный фильм "Если бы у меня было ружьё" - интересное, хотя и не сказать, что что-то особенное. Смотреть у него ещё что-нибудь стоит (если видели)?

KINOPSIH: Посмотрел только что "Норки"(Pelísky)- 1999 Яна Гржебейка. История двух семей на фоне событий в Чехословакии(1967-68). Странные ощущения... Тут и любовная линия кажется незаконченно-трагичной и развязка... не то чтобы банальная, а очень ожидаемая. Семьи соединяются, но сликом поздно понимают, что "волшебные ложечки" сделаны бог знает из какого материала. А за людей обидно.... Слишком уж долго нас дурили. Даже на себе чувствую, хотя я вырос не в том времени и не в том обществе. Фильм раздаётся на фениксклубе Форман после 1968-го - именно АМЕРИКАНСКИЙ режиссёр А как же понятие "европейский режиссёр"? Фильмы Формана отличались от американчких как раз вот этим самым чешским духом... юмором. Взять тут же "Отрыв", который стал его первым фильмом в Амереке. Очень жду "Призрак Мюнхена". Должен быть отличным фильмом

Сухов: Спасибо, Марк! Лишний раз убедился в Вашей колоссальной эрудиции. Обратил внимание, что Вы не упомянули расхваленные западными критиками "Поезда под пристальным наблюдением" и "Ухо". Это с чем то связано? И что Вы скажете о "Повстанческой истории"? KINOPSIH пишет: Слишком уж долго нас дурили. Даже на себе чувствую, хотя я вырос не в том времени и не в том обществе. Не льстите себе тем, что сейчас Вам говорят правду. Три истории в "Расёмоне" - это три формы лжи.

KINOPSIH: Не льстите себе тем, что сейчас Вам говорят правду. Может есть руководство по теме "Как отличить правду от лжи?"

павел: Спасибо Марку за интересный авторский экскурс в мир чехословацкого кино! Я тоже очень его люблю. Мои любимцы в чехословацком кинематографе - Ольдридж Липский и Вацлав Ворличек с их пародийными и "сумасшедшими" комедиями, а также Милош Форман чешского периода. Я согласен, что творческая манера Формана изменилась после его эмиграции. На мой взгляд, он стал скорее выдающимся космополитичным режиссером западного мира, впитавшим в себя и американские, и европейские кинотрадиции. Мне, например, затруднительно четко определить к какой кинематографической школе отнести его великолепный "Амадей". Форман, на мой взгляд, слишком многообразен, чтобы заключить его в какие то жесткие рамки. Отдельного разговора, конечно же, заслуживает и замечательная чешская киносказка. Здесь опять вспоминается Ворличек, ловко сочетающий в своей персоне и "чешского Гайдая", и "чешского Роу". Вспоминая кино 50-х, я бы отметил бы, кроме упоминавшихся выше исторической "гуситской" трилогии и "Пекаря императора" (также очень люблю эти фильмы), еще "Бравого солдата Швейка" с Рудольфом Грушинским. Пожалуй, из знаменитых чехословацких киноимен мне лишь творчество Веры Хитиловой совсем не близко. В отношении режима, установившегося в Чехословакии после разгрома Советским Союзом «Пражской весны», я не стал бы крайне сгущать краски, как это часто делают в сегодняшней Чехии. Там не установилась какая то уж чудовищная реакция, что можно было ожидать. Партийный лидер Густав Гусак был достаточно умеренным человеком. В его биографии была и славная страница, когда он был одним из руководителей словацкого антифашистского восстания, есть и трагичная страница, когда он был приговорен к пожизненному заключению в правление сталиниста Клемента Готвальда. Гусак принадлежал в период «Пражской весны» к реформаторскому крылу партии. Сегодня, Гусака обвиняют в лакействе перед Москвой, забывая, что вряд ли была возможна в тот период лучшая альтернатива. На Гусаке нет личной вины (в отличии от ряда его партийных коллег) за интервенцию советской армии. Он лишь занял позднее прагматичную политическую позицию. Конечно, режим Гусака не был особо успешным, но все же он являлся в советском соцлагере в 70-е – 80-е гг., на мой взгляд, одним из наиболее приличных.

Сухов: KINOPSIH пишет: Может есть руководство по теме "Как отличить правду от лжи?" Есть. Надо рассматривать предмет с различных точек зрения. Взять, к примеру, тот же "Расёмон", написанный по мотивам рассказа Акутагавы "В чаще". Ключём к истине является кинжал. Дровосек - единственный участник событий, который кинжала не видел. Прочитав рассказ, можно достоверно установить только одно - дровосек украл кинжал. Остальным участникам лгать про кинжал не было смысла, хотя всё остальное описано ими так, чтобы обелить себя перед следствием. Кино не литература, поэтому Курасава вставил дополнительную "версию дровосека", которая, судя по всему, и является истинной. Примечательно то, что в этой версии кинжал тоже есть (женщина разрезала им верёвки, связывающие её мужа), хотя раньше дровосек говорил, что кинжала не было. Дровосек проговорился и тем самым уличил себя в краже.

Марк Кириллов: Дело не в том, что после Пражской весны наступила мрачная реакция. Вовсе нет. Просто танковый "визит вежливости" поселил в людях пессимизм и недоверие к власти - типа, каждый придёт и будет учить нас жить! Ведь Пражская весна не была "контрреволюционным переворотом", она была естественным продолжением тенденций в политической жизни Чехословакии в 60-е годы. Это события в Венгрии в октябре-ноябре 1956 года могли вылится в масштабную гражданскую войну (а то и хуже). И резкая смена курсов от ортодоксально-сталинистской линии Ракоши - Гёре к "свободе без границ" Имре Надя ни к чему иному и привести не могла, кроме как к кровавому кошмару... Сухов пишет: "Поезда под пристальным наблюдением" и "Ухо" А мне они не понравились. Я вообще не понял - из-за чего вокруг этих фильмов раздули такой сыр-бор. "Преступление в женской гимназии" и "Сказочно удачливые мужчины" более цельны. Хотя и менее раскручены. "Повстанческую историю" не смотрел. Либо смотрел, но подзабыл. Мартина Фрича знаю. Но всех же не впишешь [img src=/gif/smk/sm12.gif] Штефан Угер...Сразу не припоминаю. Видимо, в памяти не отложился.

Евг: Да, Марк! Это ж сколько нужно знать, читать, смотреть, чтобы так подробно и интересно отразить историю отдельно взятого (наверное, не самого смотримого) кинематографа. Здорово. Что-нибудь нужно выбрать для просмотра.

Евг: Да, Марк! Это ж сколько нужно знать, читать, смотреть, чтобы так подробно и интересно отразить историю отдельно взятого (наверное, не самого смотримого) кинематографа. Здорово. Что-нибудь нужно выбрать для просмотра.

KINOPSIH: Кто-нибудь видел фильм "Шутка"(1968) Яромила Иреша по одноимённому роману Милана Кундеры? Кажется, нужно книгу читать, чтобы понять этот фильм...

Сухов: Марк Кириллов пишет: "Повстанческую историю" не смотрел. Либо смотрел, но подзабыл. Ну как же? Длинный сериал про войну ещё в моём детстве два или три раза показывали по ТВ! Сюжетных коллизий и актёров не помню, но помню, что мне очень понравилась чёрная форма чешских солдат с идеально полукруглыми касками и эмблемой "крест с двумя перекладинами".

Марк Кириллов: Сухов пишет: Длинный сериал про войну ещё в моём детстве два или три раза показывали по ТВ! В своё время военных фильмов показывали по ТВ много, так что многие просто слились в один. Поэтому лишний раз мог и не захотеть смотреть. Я название фильма вспомнил, возможно, что я его даже смотрел, но не весь. Не отложился в общем.

KINOPSIH: Форман после 1968-го - именно АМЕРИКАНСКИЙ режиссёр. Недавно посмотрел "Чёрного Пётра" и ещё раз убедился, что его "чешский период" явно отразился в ранних американских картинах. Человеку нужно было снимать. Не важно где...

павел: Чехословацкий фильм Вацлава Ворличека «Три орешка для Золушки» я пересматриваю каждый год. Есть фильмы, которые я очень люблю, например комедии Леонида Гайдая или Жерара Ури, но я их уже давно не смотрел и не очень хочу смотреть, потому что знаю наизусть. Есть фильмы Данелии, которые я тоже очень люблю и периодически пересматриваю вновь, опять же, потому что знаю их наизусть. Почему одни любимые абсолютно знакомые фильмы пересматриваешь, а другие нет? – Не знаю. Но думаю, что точно не потому, что те любимые фильмы, которые не пересматриваешь, хуже тех, которые пересматриваешь. Видимо просто некоторые фильмы обладают именно той атмосферой, которая особенно мне созвучна. Видима эта аура фильма, это настроение картины как-то и притягивает. Картина Ворличека – это чешская фантазия на тему знаменитого сюжета о Золушке. В Чехии ее признали лучшим сказочным фильмом 20-го века; я бы тоже так бы сказал. В фильме Ворличека – нет какого-то сверхувлекательного сюжета и калейдоскопа приключений. Можно сказать, что он в целом – прост. Но за этой его простотой скрывается тончайшая работа киноювелира. «Три орешка для Золушки» - это фильм-праздник. Эта картина подобна притягивающим женским духам, вобравшим в себя особые благоухания. Эта картина – соединение красоты, юмора, гармонии, шарма, уникального настроя. В фильме – совершенно изумительная красавица Либуше Шафранкова в образе Золушки. В фильме – чудесная музыкальная тема; очень красива звучащая на протяжении фильма (и очень созвучная сказке) песня Карела Готта. В фильме чувствуется необыкновенная легкость, воздушность, ощущение чуда. Вспоминают, что на съемках «Трех орешков для Золушки» царило очень воодушевленное настроение, была убежденность в том, что снимается «сказка на все времена». И в этом случае самоуверенность не подвела создателей. Ворличек неоднократно снимал сказки, они удачные. Но их вряд ли стоит сравнивать с его «Золушкой». Когда-то Суворов сказал о своем взятие Измаила: «На такой штурм можно решиться только раз в жизни». Видимо взять определенную высоту в искусстве, уловить особую мелодию вдохновения, можно тоже нечасто. Главными сказками в Чехии считаются две – местная «Три орешка для Золушки» и импортная – наш «Морозко». У нас про ряд особо полюбившихся с советских времен иностранных картин иногда говорят «обрусевшие фильмы». Так говорят о «Лимонадном Джо», «Фантомасе», «Великолепной семерке» и т.д. Но и про «Морозко» киноволшебника Роу можно сказать, что эта картина органически проникла в чешское культурное пространство, стала для него родной. Чехия не ассоциируется в восприятии как какая-то особо зимняя страна. Здесь скорей на ум приходят Россия, Финляндия, Норвегия… Есть некая ирония в том, что главными сказками для Чехии стали именно зимние сказки. В «Трех орешках для Золушки» зима является и фоном и даже, наверное, персонажем сказки. Ни в одном фильме я не видел настолько красивой зимы. Я отнюдь не люблю это время года. Красоты сугробов меня могут очаровать максимум на 2-3 дня, а последующее время вызывают тоску и ожидание пробуждения природы. Это было всегда. С годами для меня зима все больше ассоциируется со смертью, а ее снежные покрывала с саваном. С каждым годом я все более нетерпеливее жду весну. Но зима в «Трех орешках для Золушки» меня чарует. В ней растворена магическая привлекательность. Это сказочная зима. У Ворличека в сказке нет персонифицированного воплощения чародейства. Здесь нет ни феи, ни ее ученика-мальчика, который «еще ни волшебник, а только учится» (как в нашей замечательной «Золушке» Кошеверовой). Волшебство в сказке Ворличека растворено и воплощено в символах – лесных чудо-орешках, загадочной сове... Одним из таким образов волшебства в этой сказке является и притягательно-чарующая зима.

KINOPSIH: Марк, не подскажите, какой фильм больше всего раскрывает Лиду Баарову? Что из её репертуара могли бы посоветовать?

Марк Кириллов: Что удасться найти Серьёзно. Послевоенные фильмы - как нефиг делать (например, "Маменькины сынки" Феллини или "Горькие слёзы Петры фон Кант"Фассбиндера). Довоенные..."Баракаролла", "Цыганская принцесса" - это из фильмов УФА. Если очень повезёт - "Розовая комбинация" (это чешский фильм 1932 года).

KINOPSIH: Спасибо, Марк! Буду искать. Ещё раз прочёл вашу статью. Очень познавательная.

jobim: А "Мы едим плоды с деревьев райских" Хитиловой - на мой взгляд, самый хиппистский фильм, опережая Антониони - каким образом он мог выйти именно в конце шестидесятых? "Маргаритки"-то просто не обсуждаются. У членов политюбро должны были взрываться головы при его просмотре.

Lac: Посмотрел "Каждый молодой человек" Павла Юрачека. Фильм состоит из двух новелл. В первой ("Ахиллесова пята") ефрейтор сопровождает новобранца в город для осмотра врачом. Во второй новелле показаны будни скорослужащих чехословацкой армии. Первая новелла немногословна, почти полностью построена на жестах, взглядах, действиях персонажей. Ефрейтор, который поначалу презирает новобранца, и для которого тот только в тягость (но, с другой стороны, повод выбраться в город из опостылевшей части) и молодой солдат, который даже ещё не принял присягу и который, напротив, уже тяготится "командировкой" (к тому же у него болят ноги - воспаление ахиллова сухожилия) и думает, как бы уже вернуться. Вторая новелла более насыщена персонажами. Забавные зарисовки бытовой жизни перемежаются кадрами с разъезжающей бронетехникой под звуки бравурных маршей. Но и тут напоминает о себе окружающая жизнь: вот учения прерваны появлением женщины с подводой, обругавшей , вот танк вспугнул пристроившегося посреди дороги гуся. Всё это выглядит нелепо - вчерашние мальчишки эти солдаты и сейчас остаются почти детьми. Они состязаются в ловкости (кто сможет пронести в зубах, без помощи рук, стул), говорят о женщинах, о девушках ("А ты заметил, что у девчонок на самом деле волосатые ноги. Только на солнце видно" или: "Ты ей пишешь?" - "Нет" - "А я пишу пятерым сразу" - "Пятерым? Зачем тебе пять?" - "Они такие глупости несут: "Ты не бойся, я тебя никогда не предам"" и т.д.). Очень приятное, сентиментальное кино.

павел: Посмотрел чешские фильмы-сказки "Император и барабанщик" и "Королевское обещание". Впрочем, название "сказки" к ним подходит с долей условности. Это сказки-истории (без сверхъестественных персонажей"), или как их называют "бытовые сказки". Картины - приятные (а "Королевское обещание" я бы назвал даже прелестным фильмом). Особенно меня радует, что эти картины были сняты уже после "бархатного развода" Чехии и Словакии - в девяностые-двухтысячные годы. А сделаны они "по старинным рецептам" старого доброго чехословацкого кино, традиционно, без добавления "постмодернистских специй". Такие фильмы могли появиться и в семидесятые, и в шестидесятые годы. Это значит, что сохраняется традиция, преемственность. Подобно тому, как хорошие рестораны имеют фирменные блюда, кинематографы разных стран имеют (или в ряде случаев, увы, имели) свои фирменные киножанры. Сказка была одной из «визитных карточек» чехословацкого кино. Кстати, равно как и кинематографа ГДР, чьи киносказки (на мой взгляд) были намного выше качеством, чем восточногерманские вестерны. Чехословацкую сказку любили. «Три орешка для Золушки» Ворличека и вовсе, на мой взгляд, входит в золотой фонд мировой киносказки. Очень люблю и «Жил был один король», где любимец чехословацких (и не только) зрителей Ян Верих вновь после «Пекаря императора и императора пекарей» предстал в августейшем образе. Видел и более позднюю версию этой умной сказки про то, как младшая дочь короля призналась, что любит отца не как золото и серебро, а как соль, чем вызвала его гнев. Она называется «Соленый принц» (ее сюжет близок, но не тождественен первой версии). В ней снималась прелестная Либуше Шафранкова. Но эта картина понравилась мне, правда, намного меньше, чем «Жил был один король». Слава чехословацкой сказки привлекла и Джульетту Мазину, которая вообще мало снималась (особенно в 70-80е гг.) в кино. Знаменитая итальянка исполнила главную роль в чешской сказке «Матушка Метелица». Хочу еще посмотреть чешские сказки последних 15-20 лет. Буду очень рад, если они будут выдержаны в стиле двух вышеназванных мною картин. Огромной бедой, злым несчастьем нашего современного российского кинематографа является, на мой взгляд, пресечение киносказочной традиции. В киномире, где сияли драгоценные имена Птушко и Роу - образовалась пустота. Возможно, что я что-то пропустил, но то, что я видел из новоявленной отечественной сказки (вроде фильма «Книга мастеров»), меня только расстроило. А ведь сказка – это великий жанр, один из самых важных и необходимых. Весьма надеюсь, что судьба чешской киносказки сложилась более удачно, чем судьба у российской киносказки

Сухов: Раз уж зашла речь о сказачном кинематографе, прошу подсказать. Чуть ли не советский фильм (может быть прибалтийский или из восточной Европы, но дублированный) Ещё одна версия сказки "Король-дроздобород". Снят наверно в 70-ые или в 80-ые. Примечателен заострением социальной темы. Притворщик-нищий-король в целях воспитания супруги натравляет на неё сборщиков налогов, которые не больше не меньше указывает ей, что она с мужем должна платить за воздух, которым дышит. Ещё эпизод - мужа "сажают" в тюрьму и вчерашняя принцесса таскает ему передачи. А возвращаясь из тюрьмы во дворец к матери он требует к столу только хлеб и воду (дабы не выходить из образа). Никто не смотрел этот фильм?

павел: Сухов пишет: Чуть ли не советский фильм (может быть прибалтийский или из восточной Европы, но дублированный) Ещё одна версия сказки "Король-дроздобород". Снят наверно в 70-ые или в 80-ые. Примечателен заострением социальной темы. Притворщик-нищий-король в целях воспитания супруги натравляет на неё сборщиков налогов, которые не больше не меньше указывает ей, что она с мужем должна платить за воздух, которым дышит. Ещё эпизод - мужа "сажают" в тюрьму и вчерашняя принцесса таскает ему передачи. А возвращаясь из тюрьмы во дворец к матери он требует к столу только хлеб и воду (дабы не выходить из образа). Никто не смотрел этот фильм? Мне описание ничего не подсказывает. Вероятно, я этот фильм не видел. Я видел старую классическую версию "Короля Дроздоборода", снятую в ГДР. Но ее ,наверное, все видели. На мой взгляд, она принадлежит к числу наиболее удачных восточногерманских сказок, наряду с фильмами "Огниво", "Беляночка и Розочка", "История о маленьком Муке"... Знаю, что есть и чехословацкая версия "Короля Дроздоборода". Но я ее еще не смотрел.

Сухов: павел пишет: Знаю, что есть и чехословацкая версия "Короля Дроздоборода". Но я ее еще не смотрел. Очень может быть, что это она и есть. Атмосфера похожая.

Марк Кириллов: Недавно подряд пересмотрел несколько комедий Липского и Ворличека - "Человек из первого века", "Что если поесть шпината?", "Маречек, дайте мне ручку", "Вычисленное счастье", "Кто хочет убить Джесси?" Вновь восхитился виртуозной режиссурой и прекрасным юмором... А потом почитал статьи в ИК эпохи "Перестройки и Гласности", где журналюги эти фильмы поливают грязью. Вот и думаешь - у этих людей совесть была? Видимо нет, корпоративные взгляды для них важнее. Чтобы вознести Формана и Хитилову, нужно сравнять с землёй Ворличека и Липского... Очень сильно похоже, как эти же "критики" долбали Гайдая и Роу, ставя их в противовес скажем Параджанову и Тарковскому. Ворличек и Липский вообще обойдены вниманием. Как будто всем дано умение так смешить людей, не превращаясь при этом в паяцев, а заставляя ещё и задуматься. Ну и профессионализм опять-таки. Надо будет постараться пересмотреть их фильмов побольше - тогда можно будет хоть здесь о них статью написать.

павел: Марк Кириллов пишет: Недавно подряд пересмотрел несколько комедий Липского и Ворличека - "Человек из первого века", "Что если поесть шпината?", "Маречек, дайте мне ручку", "Вычисленное счастье", "Кто хочет убить Джесси?" Вновь восхитился виртуозной режиссурой и прекрасным юмором... А потом почитал статьи в ИК эпохи "Перестройки и Гласности", где журналюги эти фильмы поливают грязью. Вот и думаешь - у этих людей совесть была? Видимо нет, корпоративные взгляды для них важнее. Чтобы вознести Формана и Хитилову, нужно сравнять с землёй Ворличека и Липского... Очень сильно похоже, как эти же "критики" долбали Гайдая и Роу, ставя их в противовес скажем Параджанову и Тарковскому. В замечательном фильме Марка Захарова должна была быть фраза "Серьезное лицо - это еще не признак ума". К сожалению, она по ошибке прозвучала по другому: "Умное лицо - еще не признак ума". Потерялся смысл. Но оригинальная фраза Горина очень точна и наблюдательна. Она очень применима к возникшей в СССР "касте образованцев", претендующей на высший "эстетизм", какую-то особую "интеллектуальность" и т.д. Эти "эстеты" считали позорным хвалить "Трех мушкетеров" и "Записки о Шерлоке Холмсе"; у них считалось не принятым любить "Унесенные ветром". Они стеснялись признаться, что любят сказки или водевили. Боже упаси, было сознаться, что они получили удовольствие от просмотра фильма о Фантомасе или Джеймсе Бонде. Все это считалось у них искусством для «плебса», а не для высшей интеллектуальной элиты, под которой они, разумеется, мыслили самих себя. В их затхлом мирке дозволялось с "серьезным" видом порассуждать о Кафке, Джойсе, Тарковском, абстрактной живописи... При этом, отнюдь- не факт, что многие из них прочли «Замок» или «Улисс», но об этом считалось нужным говорить среди них. Даже при обсуждении списка мастеров, прошедшего их "интеллектуальную" цензуру, считалось хорошим тоном бросить фразу, вроде того, что "Висконти плачевно закончил". Они должны были быть вечно чем-то недовольны, постоянно ныть и ворчать и, конечно же, демонстрировать эту свою вечную фирменную кисло-серьезную физиономию. Основная часть этих «образованцев», конечно, так и осталась в числе "непризнанных гениев", но часть их пролезла в какие-то журналы или газеты и стала продвигать свою глупость, преподнесенную в виде коктейля из снобизма, ханжества и псевдоутонченности. Не бывает "низких" жанров. Есть лишь плохая режиссура. Качественный водевиль, или сказка, или фарс ни в чем не уступают эпическому историческому фильму или трагедии. "Морозко" Роу и "Брильянтовая рука" Гайдая - это такие же шедевры нашего кино как "Гамлет" Козинцева или "Сорок первый" Чухрая. Они ни в чем не ниже. Они равны. Студия "Баррандов" выпускала очень много развлекательного кино. За это ей огромное спасибо. Выходили очень смешные головокружительные комедии, выходили очаровательные сказки. Я считаю, что эти фильмы несли в себе большую радость, заряд искрящей позитивной энергии. "Лимонадный Джо", "Конец агента", "Шесть медведей и клоун Цибулька", "Призрак замка Моррисвиль", «Три орешка для Золушки"... Наверное, ханжа и "эстет" при упоминании этого списка скажет, что такой "позор" нельзя смотреть, и надменно отвернется. Но, на мой взгляд, это настоящее большое замечательнейшее кино. Я не променяю его ни на какие "шедевры" арт-хауса. Мы получили уйму «интеллектуальнейших» фильмов «не для всех», мы получили массу фильмов, несущих «правду-матку» (от «Маленькой Веры» до сериала «Школа»). Только мне становится грустно от этих фильмов. А еще более грустно, что мы практически утратили в нашем кино жанр сказки.

Марк Кириллов: павел пишет: "Лимонадный Джо", "Конец агента", "Шесть медведей и клоун Цибулька", "Призрак замка Моррисвиль", «Три орешка для Золушки"... Наверное, ханжа и "эстет" при упоминании этого списка скажет, что такой "позор" нельзя смотреть, и надменно отвернется. Но, на мой взгляд, это настоящее большое замечательнейшее кино. Я не променяю его ни на какие "шедевры" арт-хауса. Золотые слова, Павел! Подпишусь под ними.

Сухов: Посмотрел "Пятая печать". Похоже, на форуме этот фильм ещё ни разу не всплывал, хотят снят в перманентно востребованном жанре филосовско-религиозной притчи и мастерски. Хочется отметить, что форма фильма является не смесью, а, я бы сказал, стыком восточноевропейской и западной культур. Он похож одновременно и на советский "наши играют в их жизнь" и на "нуар" с обязательными плащами и шляпами. Судя по тому, что был дублирован, шёл (с незначительными сокращениями) в советском прокате. Действие происходит в Праге ближе к концу войны, но кто победит, ещё не ясно. Пятеро приятелей, общего между которыми только любовь пропустить по рюмочке и почесать языками, неожиданно для себя самих задаются вопросом, кем бы они стали, если бы могли выбирать - жертвами или палачами? Утешением жертве служит её чистая совесть. У палача совести нет вообще, и потому она его не мучает. Собственно фильм о том, кто и как из этих людей ответил на этот вопрос, когда потребность ответить на него из пьяной болтовни превратилась в самое важное в жизни. Отмечу, что вопрос всё же был абстрактным, а ответ пришлось давать самый настоящий, и поэтому ни один из вариантов не соответствовал ответам в конце учебника. Да и фильм о том, что никто - не святой ни закоренелый грешник - не знает, как он поступит, встав перед нравственным выбором. Продать ли душу дьяволу, чтобы её спасти или спасти её ценой её утраты?

Марк Кириллов: Ну, "Пятая печать" всё-таки не чешский, а венгерский фильм Там даже в начале идёт ссылка на салашистский переворот в Венгрии осенью 1944 года, когда Дьёрдь Салаши сверг адмирала Хорти, который вёл закулисные переговоры с Союзниками на предмет выхода из войны (по примеру румынского короля Михала)... Да и Золтан Фабри - венгр. Впрочем, как мне кажется, ссылка на Салаши - это всего лишь ход с целью прохода на советский экран. В самой Венгрии политическая цензура отсутствовала, но в советский прокат чтобы попасть, нужно было "соответствовать". Не пустили же туда фильм Каройя Макка "Любовь" (1970). Ну и в что, что в фильме вроде бы как действие происходит в хортистской Венгрии? А похоже-то на сталинский СССР! Не пущать!.. А тут - Вторая мировая, фашисты и всё такое. Фашист - он и есть фашист, его сколько грязью не малюй - всё равно будет мало, ибо звериную суть этого "учения" в художественном кино абсолютно адекватно никогда не отразишь. "Пятая печать" - однозначный шедевр мирового кино. Но меня всегда волновал один вопрос - что именно Фабри хотел этим фильмом сказать? Что в момент наступления реального кошмара на собственную жизнь и жизнь близких человек будет искать самый простой ответ? И этот ответ будет правильным, потому что именно он и открывает нутро человека, его истинную суть? И, наоборот, такой ответ не будет никогда правильным, потому что выбор-то отсутствует! Человечество так устроено, что каждый связан с каждым незримыми нитями, и вырывание любого звена из цепи происходит её разрыв. И уж как это отзовётся дальше - никто не знает... Фабри задаёт страшные вопросы, от которых хочется отмахнуться, о которых даже подумать страшно. И, по-моему, в мировом кино другого такого фильма нет. Есть, конечно, фильм "Без надежды" (1966) - тоже, кстати, венгерский, режиссёра Миклоша Янчо. Но там герои - слишком уж абстрактные фигуры. Их не успеваешь полюбить и понять... И всё-таки ситуация похожая.

Сухов: Марк Кириллов пишет: Ну, "Пятая печать" всё-таки не чешский, а венгерский фильм Увы мне, невеже! Ободряет то, что я ясно помню, как кто-то сказал "Прага". Я этот фильм добыл некоторое время назад и уже забыл первоисточник, а сейчас вдруг решил посмотреть. Марк Кириллов пишет: Но меня всегда волновал один вопрос - что именно Фабри хотел этим фильмом сказать? Наверное то, что человек жив, пока живо его человеческое достоинство. Именно то, чего его хотят лишить палачи. Интересный момент - развязка фильма показывает до какой степени старый палач-философ на самом деле плохо разбирался в людях. Ни один из четырёх не поступил так, как он от них ждал по той причине, которую он для них придумал.



полная версия страницы